Байба Апин, глава набсовета Ощадбанка: «Для нас главное, чтобы банк стал прибыльным и эффективным» 02.01.2020

Реформа корпоративного управления Ощадбанка оказалась сложнее, чем ожидалось: из-за конфликта с НБУ наблюдательный совет госбанка удалось сформировать только со второй попытки. Новым главой набсовета стала Байба Апин, которая сфокусируется на стратегии банка, управлении рисками и IT-технологиях. В интервью журналистам FinClubВиктории Руденко и Руслану Черному Байба Апин рассказала о том, что необходимо изменить в Ощадбанке, и ответила на вопрос о перспективах смены главы правления Андрея Пышного. // 02.01.2020

– Как вам работается в Ощадбанке?

– Мне нравится. Я знала этот банк до того, как начала работать в набсовете, знала о его новых IT-технологиях. Исходя из моего личного опыта дигитализации банковского сектора, мне все это было очень интересно. Банк большой, прошел масштабную трансформацию. Провести в нем системные цифровые изменения – это интересно и дает хороший результат.

– Значит, вы наблюдали, как Ощадбанк соревновался с ПриватБанком и Альфа-Банком, кто запустит первым ApplePay и GooglePay?

– Да, наблюдала. Ощад отлично справился. И это хорошее соревнование, именно в конкуренции развиваются современные банковские сервисы. Так происходит в Европе. Появление различных онлайн-сервисов – одно из самых важных направлений развития банкинга. Это значит, что банк становится более доступным для клиентов. Это совпадает с тем, что говорит президент о «Государстве в смартфоне». Банк должен быть там же. И он там уже есть.

– Какой вы видите свою роль в новом наблюдательном совете Ощадбанка?

– Наблюдательный совет в таком виде, как сейчас – с независимыми директорами – это совершенно новое явление для банка и вообще для корпоративного управления госсектора Украины. Это сложно, ведь надо наладить практическую работу набсовета, решить, кто какие решения принимает, как мы коммуницируем между собой и с акционерами.

Но мне нравится то, что наблюдательный совет Ощадбанка создан, как по книге. Мы все очень разные, с разными компетенциями и опытом. Все так и должно быть. Наблюдательный совет – коллегиальный орган, в котором сходятся высококлассные специалисты с разными компетенциями, чтобы работать на благо банка и передавать свои знания и опыт.

– В предыдущие годы в наблюдательных советах банков всегда были люди от акционера, и можно было понять, кто чей человек, кто именно отстаивает позицию собственника. А у вас собрались абсолютно разные люди. Как вам удается договариваться? Какие вы видите проблемы в коммуникации для принятия согласованных решений?

– Проблем в коммуникации я не вижу. Люди умные, знающие, опытные. Они понимают, что решения должны быть приняты. Моя задача как главы набсовета – обеспечить, чтобы вся эта компетенция и опыт этих людей работали на благо банка.

– А какими вы видите цели и задачи самого наблюдательного совета?

– Мы новый наблюдательный совет. Мы работаем всего три недели, но у нас было уже два заседания, так как накопилось много актуальных вопросов. В банке уже есть стратегия, которая утверждена акционером. И хорошо, что правление это сделало. По этой стратегии можно работать.

Но мы видим, что стратегию нужно пересмотреть, потому что многое поменялось в банковской среде. И это нужно отразить в тех активностях, которые банк будет проводить в первую очередь. Мы уже начали и продолжим работу с изменениями в управлении рисками. Это совместный проект с ЕБРР.

– И все-таки что, по вашему мнению, нужно менять в стратегии?

– Нужно предусмотреть более решительные опции в работе с NPL, искать те решения, которые до этого не использовались. Это очень трудно. При этом надо отдать должное действующему правлению банка – оно активно этим занимается. За пять лет Ощад обеспечил возврат более 8,7 млрд грн проблемной задолженности и за три года провел финансовых реструктуризаций долгов более чем на 28 млрд грн. Это хороший результат.

Банк системно и активно использует закон о финансовой реструктуризации. Эту масштабную работу нужно продолжить с учетом новых возможностей, которые появились в законодательстве.

Ведь большой портфель NPL, который является проблемой всех государственных банков, – это токсичный балласт для банка. Другое направление – это повышение эффективности работы банка. Набсовет сейчас серьезно этим занялся.

– Как вы хотите прописать работу с NPL в стратегии?

– Я не могу сказать, как это будет прописано, так как новый набсовет эту работу начал только вчера. В совете есть компетенция по работе с проблемным портфелем, и перед нами стоит четкая задача – привнести дополнительную эффективность.

Я вижу потенциал в работе с NPL совместно с другими государственными банками, возможно, с Фондом гарантирования. Инициатива здесь за Ощадбанком. Это уже пробовали делать с разным успехом, но нужно продолжать искать новые пути для работы с проблемными долгами.

– Раньше позиция МВФ была такова: мы должны принять законопроект, по которому плохие долги госбанков будут переложены на бэдбанки или агентства, которые будут заниматься ими в долгосрочной перспективе. Сейчас этот проект отложен. Что делать с плохими долгами, по мнению набсовета?

– Что касается бэдбанка, то это можно было сделать 5-10 лет назад. За это время выросла компетенция самих банков, банки реструктуризируют долги, используют закон о финансовой реструктуризации. Очистка балансов госбанков остается актуальной, но бэдбанк в качестве решения требует дополнительной оценки с учетом уже проведенной работы. А вариант реструктуризации с рыночными и закрепленными на уровне закона опциями для госбанков – самый оптимальный в текущих условиях для работы с NPL и украинской экономики.

– Насколько я знаю, принятая акционером стратегия не была утверждена ни одним документом. Сейчас будут изменения в этой стратегии. Вы собираетесь ее как-то узаконить и предусмотреть ответственность за невыполнение?

– Это не совсем так. У банка есть стратегия на 2018-2022 годы, и она была утверждена распоряжением Кабмина. Ответственность за выполнение существует уже сейчас. Правление банка во главе с Андреем Пышным отчитывается нам, наблюдательному совету, о выполнении стратегии. Мы видим, насколько она выполнена правлением, какие факторы оказывают влияние на ее выполнение, и четко понимаем, что стратегию надо обновлять. Потом мы будем согласовывать ее с акционером. Как это будет выглядеть в государственных нормативных актах, ответят юристы.

– Главная задача этой стратегии: развести госбанки по разным полям, чтобы каждый имел свою компетенцию, свою силу. Госбанки не должны конкурировать между собой. Пока мы видим продолжение конкуренции с ПриватБанком на депозитном рынке и на рынке кредитования физлиц.

– Вы, наверное, имеете в виду стратегию государственного банковского сектора. Я же говорю о стратегии банка. Но если говорить о стратегии госбанков, которую вы упомянули, то Кабмин определил для нас статус универсального банка. И когда принималось это решение, то учитывались сильные стороны и уникальная компетенция Ощада. Когда выстраивается стратегия, рассматривается вопрос конкуренции: в каких направлениях работают конкуренты. Это все будет учтено при внесении изменений. Конкуренция должна порождать эффективность.

– Банкиры возмущаются, что не могут снижать депозитные ставки, поскольку Ощадбанк и ПриватБанк, конкурируя между собой, держат их высокими. В результате иностранные банки не могут снижать кредитные ставки.

– Мы анализировали этот вопрос. Сегодня банк работает в рыночных условиях и на протяжении последних двух лет планомерно снижает стоимость ресурсной базы. Есть потенциал для более активных действий по валютным депозитам, и это задача, над которой мы уже работаем. С точки зрения экономики плохо, что госбанки доминируют в банковском секторе. И это, по моему мнению, основная проблема, а не конкуренция. Конкурировать можно и нужно, но с целью повышения эффективности банка для акционера, его инвестиционной привлекательности и реализации миссии. Стратегия Ощадбанка – это приватизация.

– Какие вы сейчас видите слабые места Ощадбанка? На что набсовет обратит внимание правления в первую очередь?

– Я бы говорила не о слабых местах, а о вызовах. Во-первых, это NPL, с которыми мы системно работаем. Нынешний состав набсовета, как и предыдущий, рассматривает каждый кейс, который у нас есть. Они тяжелые, но с этой задачей действующее правление справляется. Во-вторых, у банка все еще очень разветвленная и неоптимальная по количеству и локациям сеть. С одной стороны, сеть – это хорошо, потому что банк присутствует везде, а с другой – физическую сеть филиалов нужно оптимизировать: сокращать и модернизировать. Мы это делаем уже сейчас и продолжим эту работу. Мы замещаем сервисы, которые были в филиалах, опциями в онлайне. Многие филиалы (более 650) уже реконструированы, они работают по современной бизнес-модели. Но еще многие филиалы (около 1,8 тыс.) работают по старой модели. И это серьезный фактор, влияющий на эффективность. Банк должен продолжать оптимизацию сети, будучи требовательным к каждой точке продажи.

В следующем году нам нужно сделать выбор: переформатировать их под новую бизнес-модель или сократить. И затягивать этот процесс мы не можем, потому что это негативно влияет на эффективность работы банка.

Также важна дальнейшая дигитализация. У нее две стороны. Одна сторона уже проявлена на рынке: это и «Ощад 24/7», и инновационные транспортные решения в столичном метрополитене и общественном транспорте ряда украинских городов, зоны кешлесс на крупнейших уличных фестивалях, сервисы для МСБ. Это сервисы, которые видны на рынке и которые будут совершенствоваться. Они требуют инвестиций. Пять лет назад банк был очень отстающим в технологиях и сервисах. Сегодня ощадовский интернет-банкинг входит в тройку лучших на рынке. Вторая сторона дигитализации – это внутренние процессы банка, которые тоже нужно переводить в цифровую среду и повышать таким образом уровень эффективности работы учреждения. Тут большой потенциал для банка, и мы будем в этом направлении работать более усердно.

– А как вы избежите недовольства населения закрытыми отделениями?

– Этот процесс не происходит одномоментно. Вся работа проводится заранее. Общественные слушания, коммуникационные кампании, в том числе с привлечением местных властей. Банк ищет разные способы: или мы начинаем сотрудничать с кем-то, кто может предоставлять банковские сервисы, или мы переводим клиентов в онлайн. Ведь, как правило, в тех филиалах со старой бизнес-моделью, которые закрываются, сервисов не очень много. У нас сейчас 2,4 тыс. отделений. По плану должно остаться около 1,8-2 тыс. При этом мы акцентируем на том, что клиентам по всей территории Украины будут доступны все финансовые сервисы. Как это будет организовано – это другой вопрос. Ведь филиал – это только один из видов предоставления банковских сервисов. Можно оказывать услуги онлайн, можно в партнерстве с кем-либо.

Мы обязаны найти точку равновесия в вопросе социальной миссии и экономической эффективности. И если необходимо, то совместно с акционером и местными властями стараемся найти решение, которое обеспечит людям доступ к сервисам. Не существует одного универсального подхода. Каждая ситуация рассматривается индивидуально. Например, если нам удается перевести на обслуживание в отделение местное предприятие, бюджет или успешного предпринимателя, то отделение остается.

Мобильные отделения могут рассматриваться как вариант сохранения присутствия?

– Пока такой вариант в масштабах всей страны мы не рассматривали. Но у нас есть передвижные пункты дистанционного обслуживания. Самый яркий пример – это работа банка вдоль линии разграничения на Донбассе. Там есть наши передвижные отделения на базе бронированных автомобилей КрАЗ и модульных конструкций. Никого из конкурентов там нет, а мы есть. Где украинское государство, там и мы – Ощадбанк.

Как вы хотите изменить работу правления Ощадбанка?

– Нам нужно очень хорошее, работоспособное, качественное правление банка. Мы сейчас работаем над матрицей компетенций, то есть распределением обязанностей членов правления. Будем изменять существующую матрицу компетенций с учетом обновленной стратегии. Надеемся перестроить ее в самые короткие сроки. После этого объявим о конкурсе на новые вакансии. Наше правление должно быть самым сильным среди всех госбанков.

– Разве матрица правления на сегодня неэффективна? Коллеги из других банков позитивно отзывались о распределении компетенции членов правления Ощада.

– Да, эффективна, но у банка появились и еще появятся новые направления, в которых нужно развиваться. Поэтому надо перераспределить полномочия членов правления, добавить отдельные компетенции, чтобы эту работу ускорить и облегчить. Банк очень большой и сложный. Нужно перераспределить задачи, чтобы повысить управленческую мощь. Мы хотим усилить правление.

– Вы сказали о конкурсе. Мы помним скандал с продлением без конкурса контракта Андрея Пышного. Как вы будете объявлять конкурс и кого вы видите его участниками?

– Для банка скандал – это плохо. Нужно думать о развитии банка, а не зацикливаться на скандалах. Нужна преемственность стратегии и руководства. Тогда банк считается надежным. Вот недавно в Польше смена главы правления Bank Pekao Михала Крупинского привнесла нервозность и вызвала падение акций банка на рынке. Это доли процента, но все же.

Самое главное сейчас для нас – это обновленная стратегия Ощадбанка и сильное правление, которое ее реализует. Мы видим, что сегодня в правлении работают высококлассные специалисты. Есть новое поколение. И мы хотим видеть в конкурсе на членов правления в том числе иностранцев, чтобы была конкуренция среди специалистов не только с украинского рынка, но и с внешнего. И она должна привнести еще больше профессионализма, дать синергетический эффект.

– Как показывает опыт, если руководителями банков становятся иностранцы, эффективность не обязательно повышается. Они не понимают украинский рынок, не знают, как общаться с украинскими властями. Если человек, который идет «решать вопросы» с властями, – украинец, а человек, который руководит операционной деятельностью, – иностранец, тогда это эффективно. Как вы хотите настроить эту работу в Ощадбанке?

– Мы не знаем, кто придет на конкурс по отбору членов правления, но рассчитываем, что это будут сильные специалисты, которые усилят существующие компетенции. Мы понимаем, что сейчас проходят конкурсы на всех государственных предприятиях и в некоторых госбанках. Поэтому мы хотим начать процесс как можно быстрее, чтобы нам не достались кандидаты по остаточному принципу. Хорошие специалисты на рынке есть, и они желают у нас работать. Я была бы рада, если бы люди, которые считают возможным принять этот вызов, пришли к нам в команду.

– Значит, вы все-таки отмените предыдущее решение набсовета и объявите конкурс на нового главу правления?

– Меняя матрицу, мы создаем вакансии, новые позиции. И заполнить эти вакансии – наш главный приоритет. У нас впереди обновление стратегии с акцентом на оптимизацию затрат и усиление команды. Мы будем внимательно смотреть, как улучшается работа и эффективность банка, а потом будем оценивать и смотреть на решение относительно главы правления.

– Действующие члены правления будут уволены?

– Согласно уставу, у них завершается контракт. По процедуре, которую мы разработали, члены правления работают до избрания новых членов. У них есть возможность принять участие в конкурсе, который инициирует набсовет.

Для нас, как наблюдательного совета, очень важна непрерывность работы правления банка, а также чтобы наши амбициозные цели – дигитализация, повышение эффективности и работа с NPL – достигались в поставленные сроки.

– Неоднократно первая замглавы НБУ Катерина Рожкова заявляла о неэффективности работы госбанков, в частности с NPL. Как вы ее оцениваете?

В вопросах работы с NPL команда банка демонстрирует достойные результаты, и, кстати, это можно увидеть в публичных отчетах на сайте Министерства финансов. Я нахожу членов действующего правления компетентными. Они очень хорошо делают свою работу, преданы банку и своему делу. Много чего уже сделано. Но надо делать еще больше. Для этого мы и планируем менять матрицу правления. Хочу обратить внимание, что когда мы говорим о матрице, мы не имеем в виду смену всего правления. Мы говорим о матрице компетенций. Могут появиться новые полномочия, может быть перераспределение нынешних полномочий, поэтому, возможно, нам будут нужны новые люди.

– Я так понимаю, что контракт Андрея Пышного, который заканчивается в декабре, предыдущим набсоветом был продлен. Если вы в декабре не объявляете новый конкурс, господин Пышный остается главой правления?

– У него действующий контракт по решению набсовета. И для независимого набсовета вопрос состоит не в личностях, а в компетенции и эффективности работы. Для нас существуют только такие критерии оценки.

– Он не будет пересматриваться? На следующие пять лет Пышный остается главой?

– Мы будем смотреть на результаты работы банка и выполнение утвержденной обновленной стратегии. Согласитесь, сегодня сделано многое. То же касается и тех новых людей, которые будут набираться в правление. Если нет результата работы, нужно искать кого-то другого. Но многие результаты в этом банке были достигнуты с нуля либо с отрицательной отметки. И мы это понимаем, и вы сами понимаете.

Уже есть законопроект, согласно которому через полгода Ощадбанк станет членом Фонда гарантирования вкладов физлиц. Первоначальный взнос – более 2 млрд грн – это существенная цифра. У вас уже есть понимание, как Ощадбанк будет перечислять их Фонду? Будете просить у Минфина докапитал, чтобы стать членом Фонда на рыночных условиях, или будете договариваться с Фондом о рассрочке? Какие есть варианты?

– Мы понимаем, что на политическом уровне принято решение о том, что Ощадбанк вступает в Фонд гарантирования в следующем году. Мы к этому готовились, для нас это не ново. Но пока есть только законопроект. До конца не ясны все ковенанты, которые с этим связаны. Сейчас в банке проводится активная работа в рамках совместной рабочей группы с Фондом гарантирования и Минфином. Решаем, по какой формуле будет происходить вступление банка в Фонд.

Какие варианты рассматриваются сейчас? Как вам было бы комфортнее?

– Пока мы изучаем все возможные варианты. Этот вопрос поднимается на каждом заседании набсовета. Финальный сценарий мы включим в обновленную стратегию.

Но средства от Минфина на эти цели вы не планируете привлекать?

– У нас, как набсовета, на этом этапе нет достаточной информации об условиях участия, поэтому ответ неясен. Возможно, это зависит от финальных условий. Мы и правление работаем над этим. И мы объявим публично.

– Ощадбанк регулярно подавал предложения о докапитализации, чтобы покрывать потери, возникающие из-за плохих долгов. А в Нацбанке считают, что Ощадбанк справится и без докапитализации. Будет ли банк дальше запрашивать докапитализацию у Минфина?

– Докапитализация предусмотрена той стратегией, которая у нас сейчас есть и по которой мы работаем. Члены набсовета знают текущее мнение акционеров по поводу докапитализации. Это тоже одна из причин, почему мы пересматриваем стратегические направления банка, чтобы определиться с тем, каким будет размер докапитализации. Она нужна нам не только для того, чтобы работать с NPL, а для развития. Мы должны работать с теми нормативными требованиями, которые усиливает регулятор с точки зрения рисков, IT и киберзащиты. Мы пока не приняли решения, какая сумма нам необходима и какую сумму будем запрашивать у нашего акционера. Все будет решаться после того, как мы усовершенствуем нашу стратегию.

Катерина Рожкова заявляла, что Ощадбанк сможет избежать докапитализации, если будет активнее работать с NPL. Как вы считаете, в каких направлениях можно работать еще активнее? В судах? В досудебных процессах? Или стоит идти по пути мировых соглашений?

– На самом деле мы работаем очень активно. И даже в отчете Совета финстабильности, утвержденного НБУ и Минфином, было отмечено, что в 2018 году Ощадбанк достиг наибольших успехов в реструктуризации. Мне нравится команда, работающая в банке с NPL. Есть возможности сделать их работу еще эффективнее. Например, мы, в том числе действующее правление, очень успешны в судах, но проблема появляется потом, когда надо эти деньги физически взыскать. Это то, с чем должны работать все, включая власть. Также это проблема бизнес-климата в Украине. Почему-то здесь нередко считается, что кредит можно не отдавать. Но я не понимаю, как такое может быть.

Какую сумму долгов Ощадбанк уже подтвердил в судах и какую часть смог взыскать?

– У нас решений судов примерно на 45 млрд грн, а также решение международного арбитража против России на $1,3 млрд плюс начисляемые проценты на это решение. В целом по разным направлениям работы с проблемными активами за счет средств и имущества должников взыскано почти 9 млрд грн.

Действие закона о добровольной финансовой реструктуризации, которым Ощадбанк активно пользовался, продлили. Вы еще видите потенциал этого направления для банка?

– Безусловно. Мы пользуемся и будем активно пользоваться всеми инструментами, которые предусмотрены законом. Эту работу будем продолжать и активно пересматривать существующие кейсы.

То есть будут новые кейсы?

– Однозначно. Мы рады, что действие закона было продлено. Есть портфель, с которым мы работаем. Реструктуризация задолженности – это оптимальный вариант для экономики страны. В течение 2017-2019 годов в соответствии с законом «О финансовой реструктуризации» Ощадом уже реструктуризирована задолженность на сумму более 28 млрд. грн. Сейчас ведется работа по подготовке реструктуризации задолженности в 2020 году на сумму 15 млрд грн.

Следует отметить, что каждый из проектов, которые уже реструктуризированы в соответствии с законом, может пройти процедуру повторно в случае необходимости изменения ключевых показателей кредитной операции для более успешного результата. Такая возможность предусмотрена законом через 18 месяцев после начала проведения предыдущей процедуры.

Недавно Ощадбанк выиграл суд у «Укртелекома», а теперь отозвал иск. Почему?

– Ощадбанк и «Укртелеком» по взаимному согласию урегулировали обязательства «Укртелекома» перед Ощадбанком. Достигнутые договоренности предусматривают поэтапное и полное погашение задолженности перед банком, обеспечение обязательства залогом ликвидных активов, начисление процентов на сумму задолженности. В связи с достигнутыми договоренностями судебный процесс Ощадбанка с «Укртелекомом» о взыскании задолженности прекращен.

Как идет процесс взыскания денег с России за Крым?

– Банк защитил свои права, получив справедливое решение, и сейчас на территории Украины у нас есть полное право взыскивать российские государственные активы, чтобы погасить этот долг. Банк этим сейчас занимается. На сегодня Ощадбанк получил исполнительные документы и ведется активная работа по поиску активов, за счет которых возможно выполнение этого решения. Совершаются все необходимые процессуальные действия с целью его эффективного выполнения.

Вы идете по пути поиска активов в Украине?

– Да.

Сколько времени может занять этот процесс?

– Трудно сказать. Этот кейс уникален, и спрогнозировать его по срокам сложно.

А реально ли вообще взыскать эти средства? Или решение суда останется на бумаге?

– У нас есть полное понимание стратегии и дальнейших действий по этому решению суда.

Если говорить о трансформации Ощада, каким вы видите его через пять лет?

– Для нас главное, чтобы Ощадбанк стал прибыльным и эффективным. Я вижу, что у нас станет гораздо меньше NPL. Он вообще на отметке математической погрешности в том портфеле, который был создан после 2014 года. Также в капитале банка появится частный инвестор, новые дигитальные сервисы будут внедрены на рынке, автоматизированы внутренние процессы в банке. Ну, и будем иметь эффективную филиальную сеть. Для этого придется очень много поработать на протяжении пяти лет. Но я смотрю в будущее с оптимизмом. Набсовет банка очень сильный, будет усилено правление, будем вместе работать на результат.

Какие инструменты можно усовершенствовать, исходя из вашего опыта работы с цифровыми технологиями?

– Я вижу потенциал в новых онлайн-сервисах, в усовершенствовании приложения «Ощад 24/7», в новых платежных бесконтактных решениях. В совместной работе с государством. Развивать это направление возможно только в сотрудничестве, тем более что государство держит курс на кешлесс-экономику.

В мире появилась тенденция, когда в банковские приложения «вшивают» не только банковские услуги, но и продукты, сервисы и услуги сторонних компаний. Как вы считаете, интеграция «Ощад 24/7» с услугами iGov возможна?

– Мировая тенденция такова, что новые сервисы развиваются в сотрудничестве с кем-то, в том числе с государством, с финтех-компаниями. Я вижу большой потенциал в таком сотрудничестве. Что именно мы будем развивать и с кем сотрудничать, будет зависеть от того сегмента, который мы выберем главным в нашей стратегии.

А что, по вашему мнению, можно усовершенствовать внутри банка?

– Мы должны продолжить централизацию банковских информационных систем. Мы провели ее до определенного уровня, но пока единой базы по всем бизнесам и клиентам нет. Мы сделали большой шаг к единому окну, когда мы все разрозненные базы объединили в несколько баз, теперь надо это все свести в одну. Это очень большой потенциал для оптимизации.

Через сколько лет клиент Ощадбанка сможет забрать депозит в любом отделении?

– По проекту вы сможете это сделать через два года. Мы стараемся.

Нужно переводить клиентов в онлайн. Но в отделениях Ощадбанка мы до сих пор видим очереди из пенсионеров, которые хотят личного общения и предпочитают обслуживаться по старинке в кассе. Это ментальная проблема. Как вы будете ее решать?

– Это сложный процесс. При этом у нас почти 4 млн клиентов уже переведены в онлайн в «Ощад 24/7». Для перевода остальных клиентов нужна работа с двух сторон: это работа в филиалах – объяснять людям, зачем нужно переходить в онлайн и как это сделать, а также упрощение самого приложения. Мы понимаем психологию клиентов. Но важно отметить, что обучение должно происходить и в семье. Дети должны учить родителей пользоваться банком в телефоне или любом другом гаджете.

Поэтому «Ощад 24/7» ждет глобальное переформатирование?

– Мы постепенно будем развивать действующую платформу. Большая работа была проделана в течение пяти лет. Нам кажется, мы создали достойный продукт, который вошел в тройку лучших на рынке. В будущем мы планируем постепенное обновление нашего приложения, добавление новых продуктов и услуг с упрощением функционала.


Горячие предложения

UniGroup

Кредит под 1,5% в месяц. Под авто, квартиру, дом, нежилое помещение

Сумма: от 30 000 до 15 000 000 грн.

Срок: от 1 месяца до 10 лет

Без выписки и перерегистрации

Киев, Киевская обл. до 60 км

Страховая группа ТАС

Электронный полис «автогражданки»

Оплата и получение – не выходя из дома

Регистрация договора в базе МТСБУ онлайн

Исключено мошенничество со стороны продавца

Дешевле бумажных полисов



Путеводитель

Как выбрать надежный банк

Даже профессионал не скажет наверняка, надежен ли тот или иной банк. Однако простой анализ регулярной банковской отчетности и некоторых других источников позволит сделать выбор банка более или менее объективным.

© 2006–2020

ООО «Простобанк Консалтинг»

Код ЄДРПОУ: 35454764

Адрес и телефон «Простобанк Консалтинг»

Email: info@prostobank.com